Неточные совпадения
Его же о
предыдущем, каким образом отправлять ценсуру: «
Лета 1486 Бертольд и пр. Почтеннейшим, ученейшим и любезнейшим нам во Христе И. Бертраму богословия, А. Дидриху законоучения, Ф. де Мешеде врачевания докторам и А. Елеру словесности магистру здравие и к нижеписанному прилежание.
Мне в эти
годы, как журналисту, хозяину ежемесячного органа, можно было бы еще более участвовать в общественной жизни, чем это было в
предыдущую двухлетнюю полосу. Но заботы чисто редакционные и денежные хотя и расширяли круг деловых сношений, но брали много времени, которое могло бы пойти на более разнообразную столичную жизнь у молодого, совершенно свободного писателя, каким я был в два
предыдущих петербургских сезона.
Надо опять отступить назад к моменту освобождения крестьян, то есть к марту 1861
года, так как манифест был обнародован в Петербурге не 19 февраля, а в начале марта, в воскресенье на Масленице. Тогда я проводил первую свою зиму уже писателем, который выступил в печати еще дерптским студентом в октябре
предыдущего 1860
года.
О своих встречах и беседах с Островским я рассказывал в
предыдущей главе. Я ездил к нему в Москве и как редактор; но он в те
годы печатал свои вещи только у Некрасова и редко давал больше одной вещи в
год.
С какой стороны ни взглянуть,
предыдущий период, 1860–1863
годов, и в Петербурге и в Москве был гораздо ярче, живее, полнее новыми движениями и крупными фактами общественного и литературного характера.
С окончанием войны пьяный угар прошел и наступило веселое похмелье конца пятидесятых
годов. В это время Париж уже перестал быть светочем мира и сделался сокровищницей женских обнаженностей и съестных приманок. Нечего было ждать оттуда, кроме модного покроя штанов, а следовательно, не об чем было и вопрошать. Приходилось искать пищи около себя… И вот тогда-то именно и было положено основание той"благородной тоске", о которой я столько раз упоминал в
предыдущих очерках.
В конце
предыдущего, 1886
года, Союз студенческих землячеств открыл свою студенческую столовую. Союз был учреждением нелегальным, и юридически столовая числилась частным предприятием. Я стал обедать в этой столовой.
Вспоминая о впечатлении, произведенном на него одним из первых русских легальных марксистов, Н. В. Водовозовым, Короленко в некрологе его писал в 1896
году: «Хочется верить, что родина наша не оскудела еще молодыми силами, идущими на свою очередную смену поколений для трудной работы, намеченной лучшими силами поколений
предыдущих».
Немногочисленные высшие женские учебные заведения, которые существовали в
предыдущее царствование, либо были закрыты, либо доживали последние
годы: доводили до выпуска наличные курсы, а новых уж не принимали.
Ставить крест над молодым писателем только потому, что на протяжении трех
лет два последующих его рассказа оказались слабее
предыдущего, было, конечно, несправедливо и предвзято-придирчиво.
Впервые опубликован в журнале «Время», январь-июль 1861 г. под заглавием «Униженные и оскорбленные. Из записок неудавшегося литератора» с посвящением М.М.Достоевскому. Текст был переработан для отдельного издания этого же
года, при последующих изданиях проводилась только стилистическая правка. Воспроизводится по изданию 1879 г. (последнее при жизни автора) с исправлением опечаток по
предыдущим изданиям. 1859 г.
Своей демонической красотой Станислава Лысенко, принявшая в Варшаве свою девичью фамилию Свянторжецкой, произвела роковое впечатление на одинокого еврея, уже пожилого
годами, но не телом и духом, так как вся его
предыдущая жизнь была сплошным воздержанием от страстей.
Год предыдущего ученья у Тиммермана и практических занятий под руководством Бранта мог только способствовать полному раскрытию необычайной любознательности отрока, мог пробудить в нем множество вопросов и вместе с тем внушить, что решения этих вопросов нужно ждать от иноземцев.
Старый рыбак, как все простолюдины, вставал очень рано.
Летом и весною просыпался он вместе с жаворонками, зимою и осенью — вместе с солнцем. На другое утро после разговора, описанного в
предыдущей главе, пробуждение его совершилось еще раньше. Это была первая ночь, проведенная им на открытом воздухе.
Когда Ирене минуло восемь
лет, к ней была приглашена гувернантка, тринадцати же
лет она была помещена в пансион г-жи Дюгамель в Москве, в приемной которой мы и застали ее в
предыдущей главе нашего рассказа.
Мы застаем его на другой день описанных нами в
предыдущих главах событий в собственных, роскошных московских хоромах, в местности, отведенной в столице исключительно для местожительства опричников, откуда, по распоряжению царя, еще в 1656
году были выселены все бояре, дворяне и приказные люди. Местность эта заключала в себе улицы Чертольскую, Арбатскую с Сивцевым-Врагом и половину Никитской с разными слободами.
Прежде чем нам придется, по необходимости, перенестись почти на пять
лет назад для объяснения всего таинственного и недосказанного в
предыдущих главах, мы считаем не лишним, скажем более, неизбежным, познакомить читателей, хотя вкратце, с первою, славною половиною царствования грозного царя, дабы по возможности выяснить характер этого загадочного до сей поры исторического деятеля, который явится и одним из главных действующих лиц нашего повествования, а также причины и обстоятельства, сложившиеся для образования этого характера.
Другие охотники, переходя с детских
лет постепенно от одной охоты к другой, предпочитают всегда последнюю всем
предыдущим; но совершенно оставляя прежние охоты, они сохраняют теплое и благодарное воспоминание о них, в свое время доставлявших им много наслаждений.
Есть в
предыдущем поколении и другие исключения из определенной нами нормы. Это, например, те, суровые прежде, мудрецы, которые поняли наконец, что надо искать источник мудрости в самой жизни, и вследствие того сделались в сорок
лет шалунами, жуирами и стали совершать подвиги, приличные только двадцатилетним юношам, — да, если правду сказать, так и тем неприличные. Но об исключениях такого рода распространяться не стоит.
И в прошлом
году, как в
предыдущих, она громила преимущественно уездные власти, о которых, если правду сказать, — после Гоголя и говорить-то бы не стоило…
У князя Игоря Ольговича (1146
год) киевляне просили правосудия, жалуясь на тиунов
предыдущего князя.
После описанных нами в
предыдущих главах нашего рассказа событий незаметно прошел
год однообразной в своем разнообразии петербургской жизни.
Таким образом, вся колония, испорченная и расстроенная в настоящем не имела никаких шансов и в будущем: нельзя было надеяться даже на то, что вот через несколько
лет подрастет новое поколение, которое будет лучше
предыдущего.
Да простит мне мой благосклонный читатель невольную жалкую бессвязность
предыдущих строк, но мне шестьдесят
лет, и силы мои слабеют.
Описанные нами в
предыдущей главе потрясающие сцены, имевшие место у Волховского моста, явились как бы финальными картинами той кровавой драмы новгородского погрома, разыгравшейся в течение января и февраля месяца 1570
года в «отчине святой Софии».